! веб кафе EVLE ! Здравствуйте !

Веб кафе EVLE

ДАМЫ ГОВОРЯТ… ТЭФФИ

Приметливая, ироничная, местами даже саркастичная, восхитительная госпожа Тэффи (Надежда Александровна Лохвицкая) — это юмор и философия «в одном флаконе». Эмоциональное созерцание окружающей реальности выражено в её произведениях довольно кратко, но очень изыскано и ёмко. Что называется — смешно и печально одновременно. Диапазон описываемого Тэффи жизненного естества простирается от полного стриптиза человеческих пороков до тонкого психологического проникновения. И всё это по-женски изящным, без присущей писателям мужеского пола тяжеловесной внушительности, легким и воздушным слогом.

 

 


 

Для затравки. Многоговорящий диалог с писательницей из воспоминаний её коллеги Ирины Владимировны Одоевцевой:

 

Тэффи все же, как и полагается юмористке, была неврастенична и даже очень неврастенична, хотя и старалась скрыть это. О себе и своих переживаниях она говорила редко и, по ее словам «терпеть не могла интимничать», ловко парируя шутками все удачные попытки «залезть к ней в душу в калошах.
– Почему в калошах? – удивленно спрашиваю я.
– Без калош не обойтись, – объясняет она. – Ведь душа‑то моя насквозь промокла от невыплаканных слез, они все в ней остаются. Снаружи у меня смех, «великая сушь», как было написано на старых барометрах, а внутри сплошное болото, не душа, а сплошное болото.

 

 

Вот вам немного из Тэффи…

 

Жизнь, как беллетристика, страшно безвкусна. Красивый, яркий роман она может вдруг скомкать, смять, оборвать на самом смешном и нелепом положении, а маленькому дурацкому водевилю припишет конец из «Гамлета».

 

 

Как часто упрекают писателя, что конец романа вышел у него скомкан и как бы оборван. Теперь я уже знаю, что писатель невольно творит по образу и подобию судьбы, Рока. Все концы всегда спешны, и сжаты, и оборваны.

 

 

Мы странно относимся к нашим выдающимся людям, к нашим героям. Мы, например, очень любим Некрасова, но больше всего радует нас в нем то, что он был картежник.
О Достоевском тоже узнаем не без приятного чувства, что он иногда проигрывал в карты все до последней нитки.
Разве не обожаем мы Толстого? А разве не веселились мы при рассказах очевидцев о том, как «Лев Николаевич, проповедуя воздержание, предавался чревоугодию, со старческим интересом уплетая из маленькой кастрюлечки специально для него приготовленные грибочки»?

 

 

Сами знаете — еще Тютчев сказал, что «умом Россию не понять», а так как другого органа для понимания в человеческом организме не находится, то и остается махнуть рукой. Один из здешних общественных деятелей начал, говорят, животом понимать, да его уволили.

 

 

Поэт очень был интересен. Он пока что стихов не сочинил, а придумал только псевдоним, но это не мешало ему быть очень поэтическим и загадочным, может быть, даже в большей степени, чем иному настоящему поэту с настоящими готовыми стихами.

 

 

Фамилия Ильи Ивановича, собственно говоря, Овечкин, но он велит писать ее через ять, чтобы показать, что он происходит не от овцы, а от вечности.

 

 

Надежда Лохвицкая

 

 

В том-то и дело, что настоящий круглый дурак распознается прежде всего по своей величайшей и непоколебимейшей серьезности. Самый умный человек может быть ветреным и поступать необдуманно, – дурак постоянно все обсуждает; обсудив, поступает соответственно и, поступив, знает, почему он сделал именно так, а не иначе.

 

 

Никто так много и упорно не советует, как дурак.

 

 

Для меня все лица так похожи одно на другое, что различаю я их только по шляпам и по разговорам. Но и то очень трудно. Шляпы меняются каждый сезон, разговоры — и того чаще.

 

 

Большинство мужчин получают от зеркала очень приятные впечатления. Женщина, та всегда чем-то мучается, на что то ропщет, что-то поправляет. То подавай ей длинные ресницы, то зачем у нее рот не пуговкой, то надо волосы позолотить. Все чего-то хлопочет. Мужчина взглянет, повернется чуть-чуть в профиль — и готов. Доволен. Ни о чем не мечтает и ни о чем не жалеет.

 

 

У Маргариты Николаевны репутация умной женщины. К ней приходят за советом в психологически трудную минуту. Исключительно женщины. В материально-трудную минуту к ней не приходят. Вполне логично. Раз она умная, значит денег не даст.

 

 

Было в нем, в этом выродке, что-то такое беспокойно-противное, что я подумала: «Неужели найдется на свете такая идиотка, которая допустит его к какой-нибудь близости, как-нибудь поверит ему, да еще, пожалуй, увлечется таким гадом ползучим?» Через две недели этой идиоткой оказалась я сама.

 

 

Он не видел Веры Петровны уже месяца три, а для флирта это срок долгий. Выветривается.

 

 

Знаете, есть люди, которые с удовольствием едят устриц. Про людей этих говорят, что они устриц любят. И правильно. В понятие «любить» всегда привключается понятие «сожрать».

 

 

Все психиатры знают, что для нервных и слабосильных людей некоторые страдания, несмотря на всю мучительность их, становятся необходимыми. И не променяют они эту сладкую муку на здоровое спокойствие — ни за что на свете.

 

 

— «Волга, Волга, весной многоводною, ты не так затопляешь поля»… Не так. Русский интеллигент всегда чему-нибудь учит. Волга, вишь, не так затопляет. Он лучше знает, как надо затоплять.

 

 

Теперь интересуются не русской культурой, а кое-чем диаметрально противоположным – русским сырьём.

 

 

Стекол скоро совсем не будет. Половина окон в городе досками забита. Во время революций больше всего стекла страдают. Теперь, говорят, в России стекла хватит ровно на один переворот, и кончено. Будем жить без стекла. Сначала трудно будет, потом привыкнем и забудем, что за стекло такое было. Начнем вспоминать, детям рассказывать: твердое, прозрачное, финикияне выдумали; все через него видно, а насквозь пройти не пускает. Прямо чудо из чудес. Дети послушают и перестанут нас уважать — зачем врем без толку.

 

 

Русские делятся на две категории: на продающих Россию и спасающих ее. К продающим относятся спокойно и берут с них деньги на спасение России.

 

 

Боюсь, что наш рай никого не утешит, потому что все почувствуют, что мы его выдумали, и не поверят нам…

 

 

В Москве, уже при большевиках, в хвосте на селедочные хвосты, кто-то окликнул меня.

 

 

Надежда Теффи

 

 

…вкусы у нас выработались скромные. Уверенность, что буквально никто не собирается нас расстреливать, наполняла душу радостным удивлением и довольством. Дождик уютный, даже не очень мокрый… Право же, на свете совсем недурно живётся.

 

 

— У нас в азбуке шестьдесят четыре буквы, — ухнула я.
Итальянцы несколько минут молча смотрели на меня, а я встала и, повернувшись к ним спиной, стала разглядывать луну. Так было спокойнее. Да и к тому же каждый имеет право созидать славу своей родины, как умеет.

 

 

Жить в анекдоте не весело, скорее трагично.

 

 

Написанное живет, вот его и охорашивают, а сказанное тут же и умирает.

 

 

Есть души, для которых слезы, как увеличительные стекла: мир, видимый ими через эти стекла, всегда огромен и ужасающ в своем безобразии.

 

 

Человек никогда не забывает того места, где зарыл когда-то кусочек души. Он часто возвращается, кружит около, пробует, как зверь лапой, поскрести немножко сверху.

 

 

В каждой душе, даже самой озлобленной и темной, где-то глубоко, на самом дне, чувствуется мне присушенная, пригашенная искорка. И хочется подышать на нее, раздуть в уголек и показать людям — не все здесь тлен и пепел.

 

 

Несчастного человека презирают, как носителя некоего минуса.

 

 

Нежность — самый кроткий, робкий, божественный лик любви. Сестра нежности — жалость, и они всегда вместе… Любовь-нежность (жалость) — всё отдает и нет ей предела. И никогда она на себя не оглянется, потому что “не ищет своего.

 

 

Кто познал нежность — тот отмечен. Копьё архангела пронзило его душу, и уж не будет душе этой ни покоя, ни меры никогда.

 


! кликните по кнопочкам. Спасибо !
...статьи по теме:
меточная навигация:

Комментарии © 0 к статье: ДАМЫ ГОВОРЯТ… ТЭФФИ

Комментарии приветствуются..!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

  доступен плагин: privacy-policy ©

 необходимо принять правила конфиденциальности
Яндекс.Метрика